Нам повезло – мы остались живы

Безгранична память народная: «Лица Победы»

До войны я служил в кадровой армии. Сначала в Монголии (335 автобат), потом в Читинской области в восьмом мотополку (учили на мотоциклистов-разведчиков). Доучиться мы не успели, так как 30 мая 1941 года наш полк погрузили в товарные вагоны и повезли на запад. Ехали мы суток 20 с лишним и 20 июня приехали на Украину, город Бердичев (это было в пятницу 20 июня), натянули палатки и настроились продолжать службу в армии. В субботу 21 июня нас сводили в баню, в воскресенье 22 июня нам дали подольше поспать, подняли только часов в восемь.

В 10 часов объявили боевую тревогу, построили весь полк, и командир полка полковник Белик сказал, что в четыре часа утра фашистская Германия напала на Советский Союз. Так началась для меня Великая Отечественная война. Нас погрузили в грузовые машины по 30 человек, стоя. В нашей колонне их было 12, я ехал — в четвёртой. Доехали до какого-то оврага — и вдруг наша машина остановилась, я ничего не успел сообразить, как совершенно один остался в кузове, а вокруг и над головой свистят пули. Тут меня, как ветром, снесло — я перемахнул через борт и залёг в ложбинке, вынул пистолет (у нас мотоциклистов-разведчиков на вооружении были пистолеты) и направил в сторону воображаемого врага.

Как потом оказалось, на нашу колонну напали немецкие танки, уничтожившие восемь машин вместе с людьми, ехавшими сзади нас.

Живых собрали и перебросили в Смоленскую область, Ярцевский район. Там шли ожесточённые бои, где 25 июля 1941 года я был ранен в колено левой ноги. Это произошло недалеко от населённого пункта Кардымово: привезли нас двоих в это Кардымово, меня и Попова — его сразу уложили на операционный стол, так как он был ранен в живот, а мои раны обработали, перевязали, наложили шину и поместили в какое-то помещение. Там уже лежали 11 раненых красноармейцев. Вдруг полетели стёкла, послышались разрывы мин и снарядов, а потом и треск пулемётов и автоматов. И тут открывается дверь и санитар кричит: «Выходи, кто может, машина больше не придёт!». Смотрю: трое поднялись и вышли. Я же раненный в ногу, подняться не мог, но словно кто-то приказал: «Выползай, иначе останешься у немцев в плену».

Я выполз на двух руках и на ноге, подполз к машине, санитары меня подняли в кузов. Дорога, по которой мы поехали, густо обстреливалась немцами из миномётов, но мы проскочили благополучно. После многих дорожных приключений, я, наконец, попал в госпиталь № 2554 в Свердловской области, станция Кунара.

В январе 1942 года был выписан из госпиталя в нестроевую часть и попал в ветеринарный лазарет. В апреле месяце нас привезли в Калининскую область. Торопецкий район, выгрузили у какого-то озера в километрах 40 от фронта, и там мы лечили раненых лошадей, поступающих к нам с фронта. В сентябре месяце 1942 года нас, в количестве 14 человек направили на передовую. В восьмой мотополк я уже не попал, а воевал в составе 54-ой отдельной стрелковой бригады — миномётчиком (второй прибалтийский фронт). В первое время мы воевали в основном, в Калининской области: Великие Луки, Русса, Верхний Волочек, Бологое и так далее. Потом вышли в Вологодскую область, затем в Псковскую, где я был ранен второй раз осколком мины в левое плечо с повреждением лопатки.

Это случилось 16 июля 1944 года, ровно через три года после первого ранения. На этот раз без особых приключений попал в госпиталь во Владимирской области, Вязниковский район, полустанок Сенино. Снова был выписан ограниченно годным к строевой службе и потом на курсы санинструкторов в Московскую область, станция Долгопрудная. В июле месяце 1945 г. мы закончили курсы — и нас повезли на Дальний Восток воевать с японцами, но пока мы ехали, там война закончилась, нас распределили по частям. Демобилизовали меня из армии в звании старшего сержанта, в должности помощника командира взвода, в марте месяце 1946 года. Имею награды: медаль «За боевые заслуги», за «Победу над Германией» и восемь юбилейных, орден Отечественной войны I степени, знак «фронтовик». Почти нет боевых наград? Это потому, что я после второго ранения (в июле 1944 г.), больше не попал на фронт. При том я не был за границей ни одного шага (18 км не дошел до Латвии).

Очень много моих сверстников погибло, даже не сделав ни одного выстрела по врагу, ещё больше мы теряли однополчан после длительных упорных боёв, некоторых — уже после окончания войны.

Но нам повезло, мы остались живы, а некоторые — даже ни разу не были ранены. Мне, я считаю, тоже повезло — со мной рядом постоянно находился ангел-хранитель, который охранял меня от неминуемой гибели.

Из воспоминаний ветерана С.М. КУДЫМОВА, ветерана, инвалида Великой Отечественной войны второй группы

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Skip to content