Анфиса Львовна Гнилицкая, казачка из Романовской, отмечает юбилей — 85 лет

Анфиса Львовна Гнилицкая, казачка из Романовской, отмечает юбилей — 85 лет

Годы лихолетья в памяти навсегда

Слушаешь воспоминания людей, перешагнувших восьмидесятилетний возраст, как будто роман читаешь и удивляешься — неужели всё это было на самом деле!? И они это пережили, не очерствев душой, не озлобившись на судьбу, за выпавшие на их долю трудности и горести.

Героине нашего рассказа — жительнице ст. Романовская, казачке Анфисе Львовне Гнилицкой (до замужества Поповой) исполнилось восемьдесят пять лет. Родилась и большую часть жизни, как и многие поколения её предков, она прожила в хуторе Холодный. Дед Анфисы Львовны, Роман Фомич Попов казаком был справным, земли имел много. В те далекие времена земельные наделы полагались только мужчинам, а в семье росло пятеро сыновей, на зависть тем, кто имел дочек. В их крепком хозяйстве были лошади, коровы, другой скот, в изобилии водилась домашняя птица. Не было недостатка и в обрабатывающем сельхозинвентаре. Зажиточность не предполагала безделья — семья трудилась не покладая рук.

Главой семьи Роман Фомич был строгим. К примеру, смех за столом или разговоры карались — ложкой по лбу. И никто из наших предков не поверил бы, что в будущем их потомки будут уговаривать детей покушать.

Рождение сыновей в семье — не только подарок судьбы, но и дополнительные расходы. Каждого из сыновей нужно было проводить на службу, обеспечив конём, обмундированием, оружием. Делом чести любого отца было приготовить сыновьям в армию всё лучшее, качественное. Непросто это было, но никому и в голову не приходило роптать, потому что испокон веков повелось — казак — защитник царя и Отечества. Роман Фомич был настолько уважаем своими родными, что память о нём они пронесли сквозь годы. Один из праправнуков назван в его честь — Романом.

Советскую власть признали не все, в том числе — и отец Анфисы Львовны. Вместе с другими его арестовали и отправили в Ростов, а имущество конфисковали. Но свободолюбивая душа казака не смирилась с неволей. Льву Романовичу удалось бежать. Некоторое время он скрывался, изредка навещая живших в Ростове родственников, которые не давали ему умереть с голоду. После задержания Льва Романовича расстреляли. Это было в 1937 году. Его жена — Мария Никитична осталась одна с пятерыми детьми, младшей Анфисе тогда был всего годик.

Не успела семья пережить это несчастье, как другое у ворот, теперь уже для всей страны — нападение фашистской Германии. Докатилась война и до хутора Холодный. Во дворе Поповых был вырыт окопчик и накрыт крышкой от стола, как будто эта преграда могла остановить снаряд или сброшенную с самолёта бомбу. В этом окопчике и пряталась детвора во время налётов вражеской авиации. Мария Никитична всегда во время бомбёжек оставалась в доме. Из-за болезни ей трудно было передвигаться. Анфиса прибегала к маме и просила присоединиться к ним, но она отказывалась и запрещала дочери покидать окоп. Страху, конечно, дети натерпелись, но повезло — все остались живы, и хата уцелела, а вот соседскую разбомбили.

В 1945 году в возрасте 8 лет Анфиса Львовна потеряла мать. Старший брат Евгений погиб на фронте. Анфиса с братом Николаем остались на попечении старшей — 17-летней сестры Евдокии, которая считалась человеком взрослым. Добрые люди, жалея детей, лишившихся родителей, хотели забрать Анфису в свою семью, но Евдокия не согласилась. Однако, прокормить брата и сестру Евдокии было трудно, поэтому каждый вносил свой вклад в дело обеспечения семьи. Николай пас хуторское стадо. Однажды он сказал Анфисе: «Хватит по улице бегать с подругой. У неё отец председатель колхоза — и голода она не знает. Приходи ко мне на пастбище, по очереди будем пасти и рыбу ловить».

Когда Дон возвращался в свои берега после разлива, в низинах, ямках и овражках оставалось немало рыбы. Река в то время была полноводная и рыбообильная, благодаря чему выжили многие семьи, неисключение и Поповы. Варили уху, и даже ухитрялись жарить рыбу, не имея масла. Вначале из рыбы вытапливали на солнышке жир, на котором потом и жарили. Дон в те годы был кормильцем. Анфиса Львовна до сих пор говорит уважительно и с любовью «Дон-батюшка». Рыбалка Анфисе нравилась — и рыбаком она была заядлым. Из удачливых, самым удачливым был сосед Поповых — по прозвищу дед Кучер, приносивший с рыбалки по полмешка судаков, щук, сазанов и т.д. Анфиса просилась вместе с ним на рыбалку, но получала отказ. Дед Кучер, как и многие другие, свои заветные места хранил в секрете и выдавать не хотел. Пришлось юной рыбачке потихоньку красться за ним, чтоб всё выведать. Так с детства и на всю жизнь Анфиса Львовна полюбила рыбалку. Занималась рыбалкой и тогда, когда угроза голода миновала — блюда из рыбы никогда ей не надоедали. Если рыба была повседневной едой, то молоко сиротам перепадало не так часто. А рядом паслись коровы, вымя которых полнилось молоком. Посуды, в которую можно было бы сдоить немного молока, не имелось. Но выход брат и сестра нашли. Они подлезали под корову, надавливали на сосок и струйка молока била в открытый рот. О таких процедурах, как мытьё вымени или кипячение продукта, ребятишки не заботились. Так же в пищу без пагубных последствий для организма шли съедобные корешки, травы, ягоды. В военные и послевоенные годы нехватка еды, обуви, одежды, письменных принадлежностей было делом обычным, и заплатки на локтях и коленях курточек и штанов мало кого смущали и сильно печалили.

После окончания школы Анфиса Львовна поступила в Армавирский сельскохозяйственный техникум. После окончания учёбы Анфиса Львовна Гнилицкая (к тому моменту она уже вышла замуж) работала ветеринаром животноводческого комплекса, где было 10 тысяч голов крупного рогатого скота, а затем и возглавила его. Работа хлопотная, ответственная, отнимающая много сил и времени. Шутка ли, в подчинении 500 человек.

— Мы с сестрой Еленой просыпались утром — мама уже ушла на работу, мы возвращались из школы домой — мама была ещё на работе, — вспоминает Ирина Васильевна, дочь Анфисы Львовны.

— Я всегда думала так: чем раньше встану, тем больше успею сделать. Запрягу лошадь в двуколку — и на пастбище. А это 15 километров. Особенно трудно пришлось, когда в стаде обнаружился бруцеллёз, инфекционное заболевание, опасное и для животных, и для человека. Я не убереглась и заразилась им. Долго болела, лечилась в Ростове, после этого врачи запретили мне работать с КРС. Получила новое назначение — заведующей откормочного свиноводческого комплекса, — вспоминает Анфиса Львовна начало своей трудовой деятельности.

И животноводческое отделение, и свиноферма, возглавляемые А.Л. Гнилицкой, неоднократно выходили в число передовых, получали переходящие Красные знамёна, Почётные грамоты и другие поощрения. Кроме основной работы, Анфиса Львовна принимала активное участие в общественной жизни хутора. И, при таком напряжённом графике работы, ухитрялась быть хорошей хозяйкой, умела и любила вкусно и разнообразно готовить, тем более что напряжёнки с продуктами уже не было. Но годы лихолетья остались в памяти навсегда. И супруги — Анфиса Львовна и Василий Иванович Гнилицкие делали всё возможное, чтобы их дом был полной чашей. Обрабатывали 26 соток земли, ухаживали за скотом и птицей на собственном подворье. Неплохо семейный бюджет пополнялся от продажи козьего пуха.

— Приходили с работы, включали в сарае свет и начинали выщипывать пух. Делали это вручную, хотя для этих целей в продаже уже появились специальные машины. Но они вместе с пухом выщипывали и остья — это такие жесткие волоски. Пух с остьями считался низкого качества и ценился меньше. При ручной работе пух был лёгкий, мягкий, шелковистый. К нам за пухом из Башкирии приезжали, — с гордостью рассказывает Анфиса Львовна.

Работать, конечно, приходилось много, но этот факт трудолюбивым людям никогда не был помехой для счастья, ведь главное — нет голода, нет войны и в семье мир и покой. Но судьба продолжала испытывать Анфису Львовну на прочность. В 1994 году, в возрасте 60 лет умирает её муж, с которым прожито было 34 года. Боль утраты не заглушала даже тяжёлая работа по хозяйству, с которой в одиночку было справиться нелегко.

И всё же, как говорят, судьба не посылает больше, чем человек может вынести и вознаграждает за невзгоды. Улыбнулась она, в виде женского счастья, и Анфисе Львовне. Второй раз она вышла замуж спустя три года, за односельчанина — вдовца, Анатолия Андреевича Кулиш. Взрослые дочери не только не осудили мать, как это нередко бывает, но и поддержали, потому что человеком он был добрым, работящим и сразу нашёл общий язык с родственниками своей избранницы. В согласии и взаимоуважении Анфиса Львовна и Анатолий Андреевич прожили 24 года. Не стало Анатолия Андреевича в 2020 году, о чём скорбели и его двое сыновей, и дочери Анфисы Львовны.

Сейчас Анфиса Львовна Гнилицкая живёт со старшей дочерью — Ириной Васильевной, с удовольствием рассказывает о своей жизни четверым внукам и четверым правнукам, которым в наследство от бабушки досталась любовь к жизни, лёгкий характер и замечательное чувство юмора.

Н. Парфенова

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Skip to content