15 февраля — День памяти о россиянах, исполнявших служебный долг за пределами Отечества. В этот день вспоминают тех, кого нет с нами, а СМИ обычно просят воинов поделиться с читателями рассказами об участии в различных боестолкновениях за пределами страны.
Накануне этой даты позвонили жителю ст. Романовская, участнику специальной военной операции — Максиму Игоревичу Рябцеву с просьбой о встрече. Не без некоторых колебаний он согласился и вызвался сам приехать в редакцию. Ожидая гостя, поглядывала в окно. Из подъехавшей белой Toyota вышел водитель и направился к нашему зданию. Обычный молодой мужчина. Так же, как и я, подумает каждый, не зная, что Максим Игоревич управляет автомобилем, имея вместо правой ноги протез. Об этом я узнала уже в процессе беседы.
Два года назад супруги Рябцевы — Максим Игоревич и Анастасия Александровна и двое их детей — 13-летняя дочь и полугодовалый сын только собирались стать жителями донского края. С этой целью продавали жильё, другое имущество, отправка которого с Дальнего Востока, где они жили, вышла бы дороже покупки нового. Всё шло по плану, но в октябре 2023 года Максим Игоревич получил повестку о мобилизации. Пришлось Анастасии Александровне справляться с переездом самостоятельно, потому что у супруга даже мысли не возникали о том, чтобы каким-то образом избежать участия в СВО.
— Откосив от СВО, кем бы я должен был считать себя всю оставшуюся жизнь и кем бы меня считали парни, вернувшиеся из зоны боевых действий!? — задаёт риторический вопрос боец.
На призывном пункте в Хабаровске Максим Игоревич попросил направить его в инженерные войска, в часть, где проходил срочную службу 10 лет назад и навыки сапёрного дела не забыл.
— То, с чем пришлось столкнуться на СВО ни в какое сравнение со срочной службой не идёт. В армии, можно сказать, была теория, на СВО — опасная практика, — считает ефрейтор Рябцев, а на СВО просто ПОЗЫВНОЙ, так как имена, фамилии и звания там употребляются редко.
Пословица гласит: «сапёр ошибается лишь однажды», но сапёр на СВО может пострадать и, не допустив ошибок при заминировании или разминировании.
— Земля Донбасса напичкана неприятными «сюрпризами», которые ещё долго придётся ликвидировать после завершения специальной военной операции. На то, чтобы обезвредить все мины, у нас просто не хватало времени. Чтобы обеспечить безопасный проход бойцам, делали коридоры, выход, за границы которых чреват потерей здоровья или жизни, даже если кажется, что земля не таит опасности. Нельзя никогда недооценивать противника.
Складывалось такое впечатление, что бойцы ВСУ старались заминировать всё, до чего имели возможность дотянуться. И делали это мастерски, и маскировали мины грамотно. Нашим сапёрам на СВО работы хватает. Приходится разминировать и лесополосы, и улицы посёлков и городов. Я принимал участие в разминировании Мариуполя, — рассказывает Максим Игоревич.
Минные поля во всех войнах имеют большое значение и служат сдерживающим фактором для неприятеля, способным повлиять на исход боевой операции. Но на Сватовском направлении, где воевал Максим Игоревич, эту тактику неприятель применял особенно активно. К тому же, болотистая местность и изобилие рек и мелких речушек осложняло ведение боевых действий.
Не отказываются, естественно, от этого способа уничтожения врага и российские бойцы. В середине сентября 2024 года Максима Игоревича Рябцева перевели из своей части в другую на усиление. Сразу же после прибытия, не успев оформить документы, он и его напарник получили задание: заминировать определённый участок лесополосы, которая в ходе боёв утратила свой первоначальный вид и напоминала картинку из фантастического фильма про апокалипсис.
— Задание мы выполнили и отходили к своим. Вечерело. Нам осталось пройти пару километров. И тут налетели «птички» и начали нас «кошмарить». Нам ничего не оставалось делать, как отпрыгнуть в стороны и попытаться укрыться за уцелевшими деревьями, что мы и сделали. Я это сделал крайне неудачно — в траве притаилась кассетная мина, которую и в спокойной-то обстановке заметить трудно. На неё я и наступил, раздался взрыв….. «Птичек» мы шуганули из автоматов и начали выбираться. Повреждённую ногу перетянул жгутом, вколол обезбол и запрыгал на одной ноге, налегая на плечо товарища, который, по сути, спас мне жизнь.
Таким образом, прошли километра полтора, после чего нас подхватил уазик и доставил в деревеньку, где были медики. Они отрезали у моей ноги то, что уже невозможно было пришить обратно, перебинтовали. Зафиксировали ранение, как полученное в бою. Потом появилась возможность переброски меня в полевой госпиталь. Там ещё мне специальной медицинской болгаркой ногу укоротили. Этот медицинский пункт уже был более оснащённым и укомплектованным всем необходимым.
В течение 3 суток находился в полевом госпитале и, как и другие, ждал борт до Ростова. Из Ростова отправили в госпиталь Москвы, где я пробыл три месяца, почти до Нового года. Такой праздник вдали от семьи настроения не прибавляет, и я отпросился, домой — встретить Новый год. Больше я в госпиталь не вернулся.
Пока я был в госпитале, подошла очередь на протезирование в Ростове, заявку на которое супруга отправила сразу же, узнав об ампутации ноги. Туда я и поехал. За рулём, самостоятельно. Опыт вождения у меня большой — справился. Жена, поехавшая вместе со мной, не сомневалась, что доберёмся благополучно.
Анастасия Александровна у меня молодец! Боевые действия меняют мужчин и матерям, сёстрам, и особенно жёнам, нужно пережить это. На СВО всё строго, чётко, а порой и грубо, а в мирной жизни более расслабленно. И многое начинает раздражать, вызывать вспышки гнева. И нужно время, чтобы адаптироваться, а то и психологическая помощь специалиста. Мама предлагала мне обратиться к психологам, но не потребовалось — мы решили проблемы с женой самостоятельно. Ох, как она натерпелась!!!
Хочется обратиться к женщинам, дождавшимся своих мужчин с СВО: будьте терпимее и мудрее. Нам нужно время на адаптацию к мирной жизни и ваше чуткое внимание и понимание. А мужчинам не нужно делать вид, что всё в порядке — и если не удаётся справиться с возникающей агрессией, раздражением другими факторами (результатом нашего участия в боевых действиях) нужно искать пути преодоления, может, и совместно с психологами. Наши близкие и без того испытали немало волнений и тревог, пока ждали нас. Берегите себя и свои семьи, — закончил свой рассказ пожеланием Максим Игоревич.
Во время боевых операций воинам, без сомнения, нужна смелость и отвага, но сапёрам, кроме этих качеств необходимы и другие, позволяющие выполнить задание — хладнокровие, способность быстро принимать решения, сохранять спокойствие в самых критических ситуациях, когда счёт идёт на секунды, знания о свойствах взрывных устройств. А ещё и горячее желание, чтобы боевые товарищи, которые пойдут по проложенному коридору не пострадали от незамеченного «сюрприза».
Н. Парфенова
